Дальнейший процесс евроинтеграции должен привести к исчезновению олигархов как класса. Но Коломойский не готов с этим смириться

Вечером в четверг, 19 марта, Коломойский пошел на прямое противостояние с украинским обществом. Не с другими олигархами или государством, а именно с гражданским обществом, требующим перемен и стоявшим в основе Революции Достоинства. Обществу может быть все равно, когда олигархи меряются, у кого адвокат круче или канал мощнее. Общество может даже мириться с тем, что люди олигархов проходят в парламент и создают там лоббистские группы. Но невозможно закрыть глаза на то, что олигарх захватывает государственную компанию, в которой даже не состоит миноритарным акционером. Потому что это вызов всем целям текущих реформ в Украине.

Коломойский — видимо, в пылу эмоций — выложил все свои козыри. Это и шарм, и депутат-любитель смс, и телеканал 1+1, и даже вооруженные батальоны. На кон поставлено все. При этом дело было даже не в попытке смены менеджмента Укрнафты, где такая реакция Коломойского могла бы быть прогнозируемой, а в борьбе за контроль над Укртранснафтой, где духа частных интересов быть не может. Если новый кандидат на главу компании вызывает у нас море вопросов, они должны быть заданы, но не в такой форме.

Борьба идет именно с обществом — не с другими олигархами, не с государством. Только общество понимает, что компромиссы с олигархом в данном вопросе невозможны, ибо компромисс — это сдача интересов и предательство Майдана. Которое может спровоцировать дальнейшие подобные действия как со стороны Коломойского (Укрнафта на кону, мы же помним), так и сошек поменьше (вон Кривопишин творил нечто подобное, а если сработает – появятся и сотни других).

Неудивительно, что конфликт у общества вышел именно с Коломойским. Он единственный из всех олигархов укрепился после Майдана, став основным паламентским миноритарием, да еще и с плечом шантажа в виде Днепропетровской области. Тем более, что даже до Майдана Коломойский резко выделялся на фоне других олигархов, которые стремились к прозрачности и легализации. Правила игры — не для него. Капитализация — не для него. Он предпочитает стабильный денежный поток, а ход реформ должен неминуемо ослабить его, лишив мутной воды, где он привык ловить свою рыбу. А дальнейший процесс евроинтеграции должен привести, как уже произошло в Восточной Европе, к исчезновению олигархов как класса. Одни готовы меняться. Другие, судя по всему, нет. Но это уже проблемы Коломойского.

Украинское общество должно вести Украину вперед. И именно Коломойский и его бизнес-интересы сейчас — главный якорь, который не дает нам сдвинуться с места. В банковской сфере, где Приватбанк еще долго будет основной головной болью НБУ, в портах, в авиации, в нефтепереработке и в других самых неожиданных местах. Увы, мы были лишь ситуативными союзниками на Майдане. И, к сожалению, мы остаемся союзниками, необходимыми друг другу, на время войны с Путиным.
Но в будущем мы союзниками быть не сможем: слишком разные у нас интересы. А путь в будущее начинается уже сегодня. И кто победит в нем — решается тоже сейчас.