Поначалу Керта Макмастера сложно воспринимать всерьез. Он живет по собственному графику. И когда приходит на встречу на 20 минут позже назначенного времени, ведет себя так, будто ничего не случилось: ни слова о своем опоздании, не говоря уж об извинениях. На Макмастере черные джинсы и черная толстовка, которая ему чуть маловата. На ногах – коричневые сандалии Birkenstock, на большом пальце левой руки и на мизинце правой – массивные черные кольца. 46‑летний мужчина больше похож на типичного пляжного бездельника, чем на бизнесмена. Свое рабочее место он обустроил в Пало‑Альто, в приземистом сером здании бывшего магазина сантехники. На фасаде вывеска: «Джон Ф. Даль. Сантехника и отопительные приборы. Год основания – 1895». Внешне ничто не указывает на то, что здесь обосновался стартап Cyanogen.
И гардероб Макмастера, и антураж офиса – маскировка. Вещь необходимая, если вынашиваешь один из самых дерзких планов в истории Кремниевой долины. Но едва мы начинаем разговор, Макмастер тут же выдает свой секрет. «Мы хотим всадить Google пулю в голову», – заявляет он рокочущим баритоном. Такова миссия Cyanogen, как бы безумно она ни звучала.
Если кто‑то решился бросить вызов интернет‑гиганту, то более удачного момента не сыскать. Мобильная революция, набиравшая обороты благодаря iPhone, начала замедляться, едва достигнув переломного этапа. Количество смартфонов на планете увеличится с нынешних 2,5 млрд до почти 6 млрд в 2020‑м, прогнозируют эксперты. Быстрые и напичканные массой функций телефоны стремительно дешевеют. Благодаря этому новые сильные игроки вроде китайского производителя Xiaomi появляются ниоткуда в рекордно короткие сроки. И все же платформы Apple iOS и Google Android контролируют 96% рынка мобильных операционных систем. Это их шахматная партия, а нам остается только выбирать, за кого мы – за черных или за белых.
Макмастеру не хочется втискиваться в нишу между Apple и Google. Его замысел – опрокинуть шахматную доску и дать миру третий вариант выбора: мобильную операционную систему Cyanogen. Эта платформа – по сути улучшенная версия Android – существует шесть лет, и она неподконтрольна Google.
Макмастер уже давал Forbes несколько интервью, но подробно о своих планах рассказывает впервые. Готовясь к битве, он наращивает финансовые мускулы и пытается заручиться поддержкой влиятельных союзников. Недавно Cyanogen привлекла $80 млн у нескольких инвесторов, включая сервис микроблогов Twitter, крупного производителя чипов для мобильных телефонов Qualcomm, телекоммуникационной компании Telefónica и медиамагната Руперта Мердока. После нынешнего раунда финансирования Cyanogen оценили почти в $1 млрд. Раунд возглавила фирма PremjiInvest – инвестиционное подразделение компании Wipro, принадлежащей одному из богатейших людей Индии Азиму Премджи. Ранее инвесторы уже вложили в Cyanogen $30 млн: стартап поддержали такие известные венчурные фонды, как Benchmark, Andreessen Horowitz, Redpoint Ventures и Tencent.
Поговаривают, что в Cyanogen вливал деньги даже софтверный гигант Microsoft. В нынешнем раунде инвестирования корпорация решила не участвовать, рассказывают люди, знакомые с ситуацией. Но компании близки к тому, чтобы заключить крупномасштабное партнерское соглашение. По его условиям, в смартфонах на платформе Cyanogen появится несколько мобильных сервисов Microsoft, в том числе поисковик Bing, голосовой помощник Cortana, облачное хранилище OneDrive, мессенджер Skype и почтовое приложение Outlook. Ни Cyanogen, ни Microsoft эту информацию не комментируют. Но как минимум один производитель рассказал, что в 2015 году собирается начать продажи смартфона на платформе Cyanogen со встроенной поддержкой многих из этих сервисов.
«Поставщики приложений и микросхем очень озабочены тем, что Google полностью контролирует Android», – рассказывает партнер Andreessen Horowitz Питер Левин. Особенно недовольны фирмы, конкурирующие с Apple или Google. Таковых немало: Dropbox и Box – в сфере облачных сервисов хранения данных, Spotify – на рынке онлайн‑музыки, Facebook, Twitter, WhatsApp и Snapchat – в сегменте интернет‑мессенджеров, Amazon – в электронной коммерции, Microsoft – во многих различных секторах. У большинства еще свеж в памяти урок, который Microsoft преподала конкурентам в эпоху персональных компьютеров. Став монополистом, компания использовала платформу Windows, чтобы выводить из игры соперников и диктовать условия производителям ПК. Поэтому сильной альтернативы Apple iOS и Google Android ждут очень многие.
Есть шанс, что Cyanogen появится в 1 млрд мобильных устройств, полагают некоторые аналитики. Это больше, чем смартфонов iPhone, проданных на сегодняшний день по всему миру. Cyanogen уже используют 50 млн человек, заявляет стартап. Большинству пришлось устанавливать платформу самостоятельно. На то, чтобы удалить Android и установить новую операционную систему, уходит несколько часов. Но Макмастер постоянно работает с производителями, убеждая их выпускать готовые устройства со встроенной Cyanogen вместо Android. Список тех, кто согласился, растет. Их телефоны продаются рекордными темпами. Каждое устройство может приносить Cyanogen минимум $10 выручки, а то и намного больше, подсчитали аналитики.
В последние годы альтернативную мобильную платформу пытались создать куда более сильные игроки, чем Cyanogen. Microsoft, BlackBerry, Samsung, Mozilla, Nokia, Intel, Palm – все они потерпели неудачу. Макмастеру это хорошо известно. Именно поэтому, по его словам, единственный способ преуспеть – это, взять за основу Android. А затем сделать текущий исходный код открытым и тем самым привлечь на свою сторону разработчиков приложений, которые чувствуют, что Apple и Google их ущемляют. Тогда компании вроде Visa и PayPal смогут создавать системы бесконтактных платежей, работающие не хуже Google Wallet, а то и лучше. Skype можно будет встроить в номеронабиратель телефона. А музыкальные сервисы наподобие Spotify сделать плеером по умолчанию. «В идеале операционная система должна понимать, что для воспроизведения музыки я хочу использовать Spotify, – поясняет Макмастер. – Хочется, чтобы я мог просто сказать: включи для меня эту песню в Spotify – и телефон включит ее. Сейчас он не может это делать».
Cyanogen родилась задолго до того, как Макмастер объявил себя Давидом, сражающимся с Голиафом в лице Google. История платформы началась в 2009‑м, когда программист и предприниматель Стив Кондик заинтересовался Android. Сдержанный и неторопливый инженер с седоватой редеющей шевелюрой – полная противоположность порывистому и импульсивному Макмастеру. В свободное время, обычно по ночам, Кондик возился с операционной системой у себя дома в Питтсбурге (Android – открытая платформа, скачать ее и вносить изменения в код может любой желающий). Сначала он немного подправил пользовательский интерфейс Android. Затем работал над повышением производительности платформы и продлением времени работы от аккумулятора. Очень скоро вокруг Кондика собрались сотни разработчиков‑энтузиастов, которые стали ему помогать. Так появился проект, вначале получивший название CyanogenMod. «Для меня это стало полной неожиданностью, – признается Кондик. – Никакой серьезной стратегии в моем увлечении не было».
О созданной Кондиком легко настраиваемой версии Android стали говорить на онлайн‑форумах. К октябрю 2011‑го Cyanogen на свои телефоны установили миллион человек. Спустя чуть более полугода их было уже 5 млн. Кондика заприметила Samsung – ему дали работу в научно‑исследовательском центре в Сиэтле. Компания была не против того, чтобы в свободное время программист продолжал эксперименты с кодом Android. «Совсем скоро Cyanogen вытеснила из моей жизни все остальные занятия», – вспоминает Кондик. Он остался в Сиэтле, где работает большинство инженеров Cyanogen. В компании меньше 90 сотрудников, но в проекте задействованы 9000 разработчиков‑энтузиастов.
Пока Кондик вместе со своими программистами трудился над кодом Android, Макмастер успел сменить множество мест работы в высокотехнологичных фирмах. Уроженец Канады, он вырос в Новой Шотландии. Во время бума интернет‑компаний будущий предприниматель бросил колледж и устроился в один из стартапов в Кремниевой долине. Затем перебрался в Южную Калифорнию, где работал в нескольких агентствах цифрового маркетинга. Позже помогал развивать бизнес австралийского оператора Boost Mobile, ныне принадлежащего гиганту сотовой связи Sprint. Потом перешел в Sony участвовать в планировании ее стратегии на рынке мобильных телефонов.
Как и многие другие технари, Макмастер одним из первых купил iPhone. Но его все сильнее привлекала открытость Android – в голове у предпринимателя буквально роились бизнес‑идеи. В 2012‑м Макмастер приобрел Samsung Galaxy S3 – первый Android‑телефон, который, как он надеялся, мог сравниться с iPhone. Реальность тут же разочаровала: для Galaxy S3 не выпустили последнюю на тот момент версию Android под названием Jelly Bean. Тогда Макмастер стер Android и установил CyanogenMod: армия программистов уже успела обновить эту платформу до версии Jelly Bean.
Озарение пришло к Макмастеру во время тренировки в спортзале. «Если на устройство установить открытую операционную систему, то его можно будет настраивать как угодно, и делать с ним что захочется», – подумал бизнесмен. Вечером он нашел контакты Кондика в соцсети LinkedIn и созвонился с ним. Говорил главным образом Макмастер: он убеждал инженера превратить его хобби в бизнес. «Я стану гендиректором, ты – директором по технологиям. Денег я достану. Давай начнем!» – передает суть разговора Макмастер. Кондик пригласил предпринимателя в Сиэтл. На следующий день они встретились в пабе, и Макмастер своим безграничным энтузиазмом развеял все сомнения программиста. «Вначале я отнесся к его предложению скептически», – признается Кондик. Но уже спустя два дня будущие партнеры договорились работать в команде, и из открытого проекта Cyanogen превратилась в компанию. Некоторые давние участники программистского сообщества разразились потоком недовольных комментариев. Но Макмастер от них просто отмахнулся. С ситуацией смирились не все: третий основатель Cyanogen, Коушик Датта, в прошлом году ушел из компании.
Инвесторы из Кремниевой долины отнеслись к начинанию Макмастера и Кондика с прохладцей. Одни сомневались в самой идее, других отталкивало бахвальство предпринимателя. «Я не верил, что стартап может вот так запросто создать операционную систему», – описывает свою реакцию Левин из Andreessen Horowitz. Позднее бизнесмен подключился ко второму раунду финансирования для Cyanogen и до сих пор ругает себя за отказ участвовать в первом.
В конце концов партнеры привлекли на свою сторону Митча Ласки из венчурного фонда Benchmark. Тот факт, что миллионы людей сами установили Cyanogen, не побоявшись трудоемкой процедуры, убеждал лучше всяких слов. «Потенциальный спрос на Android‑смартфоны во всем мире – несколько миллиардов устройств. Даже небольшой процент от этого объема – уже огромный рынок», – поясняет инвестор.
Второе рождение Android
Насколько сильно нынешняя Cyanogen отличается от любительской платформы, с которой все началось? Об этом можно судить, например, по смартфону жителя Сан‑Франциско Джозефа Рида. Молодой человек подрабатывает в сервисе каршеринга Lyft и ищет клиентов с помощью специального мобильного приложения. К приборной панели его Toyota Prius прикреплен китайский Cyanogen‑смартфон OnePlus One. Это тонкое и элегантное устройство с великолепным 5,5‑дюймовым экраном мгновенно приковывает к себе взгляд: популярный сайт Gizmodo назвал его «невероятным, фантастическим телефоном». OnePlus One – уже второй смартфон Рида на платформе Cyanogen. Первым стал купленный год назад Samsung Galaxy S4. Рида не прельщали приложения, которыми Samsung и Sprint снабдили Galaxy. Да и общее впечатление от устройства оставляло желать лучшего. Тогда Рид установил Cyanogen. «Все писали, как быстро Galaxy работает на Cyanogen», – рассказывает он. OnePlus One работает еще быстрее. Компания‑производитель продала уже 1 млн этих смартфонов.
Макмастер и его сотрудники настойчиво обхаживают и других производителей телефонов. В прошлом году смартфоны на платформе Cyanogen начал предлагать ведущий индийский производитель Micromax. Компания стала эксклюзивным продавцом этих устройств в Индии (что вызвало трения между Cyanogen и OnePlus). Micromax предлагает телефоны партиями через свой онлайн‑магазин, и их раскупают за секунды. «Люди едва ли не дерутся за них, – утверждает гендиректор компании Рахул Шарма. – Мы наращиваем производство каждую неделю».
Micromax во многом идет по стопам Xiaomi – крупного производителя сотовых телефонов (его недавно оценили в $46 млрд). Основанная китайским миллиардером Лэем Цзюнем, компания построила популярный бренд и собрала сообщество лояльных покупателей. Секрет ее успеха – телефоны, которые можно легко настроить под себя. В отличие от Хiaomi, Micromax не стала нанимать армию программистов, а переложила задачу по разработке программного обеспечения на плечи Cyanogen. Другие бренды на развивающихся рынках, безусловно, последуют примеру Micromax, уверен аналитик Хорас Дедью из компании Asymco. «Cyanogen положит начало новым Xiaomi», – полагает он.
Замыслы Макмастера впервые по‑настоящему воплотятся в нынешнем году, когда Cyanogen‑телефон представит компания Blu. Устройства этого производителя из Майами пользуются огромной популярностью в Латинской Америке, их продают в американских торговых сетях Walmart и Best Buy, они стали бестселлерами в онлайн‑магазине Amazon. Blu выпустит свой первый Cyanogen‑телефон без пакета мобильных приложений Google. Каким будет готовое устройство, пока не решено, рассказывает гендиректор Blu Сэмюэль Охев-Цион. В планах – выпустить телефон с магазином приложений Amazon, браузером Opera, навигационной программой Nokia Here, приложениями для хранения информации в облачных сервисах Dropbox и Microsoft OneDrive, а также музыкальным сервисом Spotify. Поисковой системой по умолчанию станет Bing, а голосовым помощником – Microsoft Cortana. «Если эти и другие приложения встроить в платформу телефона, они будут работать лучше, чем программы Google», – рассказывает Охев‑Цион.
Зарабатывать по‑настоящему Cyanogen сможет именно благодаря подобным телефонам. Сегодня компания получает минимальную выручку, предлагая варианты оформления пользовательского интерфейса смартфонов. Сейчас их продают через магазин приложений Google Play, но со временем Cyanogen планирует создать собственный онлайн‑магазин. Здесь и кроется большая возможность: компания будет заключать договоры о разделении доходов от продаж с разработчиками, желающими встраивать свои приложения в Cyanogen‑телефоны. Такие договоры могут быть разных видов, поясняет руководитель по развитию бизнеса Cyanogen Викрам Натараджан. Можно, например, заключать соглашения о дистрибуции приложений, продаже игровых опций или доступе к сервисам, адаптированным для той или иной страны. В некоторых случаях компания будет делиться доходами с производителями телефонов, которым сложно выживать в условиях низкой рентабельности. «Мы будем перечислять им часть прибыли все то время, пока потребитель пользуется телефоном. Такого производителям еще никто не предлагал», – говорит Натараджан.
Несмотря на воинственный настрой Макмастера, Cyanogen может достичь успеха, не вступая в серьезную борьбу с Google. Сам интернет‑гигант комментировать ситуацию для этой статьи отказался. Но на выставке Mobile World Congress в Барселоне Сундар Пичаи, отвечающий в Google за Android, заявил, что не понимает, в чем коммерческие преимущества Cyanogen. И добавил, что сервисы Google очень популярны, а привлекательность телефонов, в которых их нет, сомнительна.
Успех Cyanogen кроется, скорее всего, в огромных возможностях, которые Google упустила с Android. Android‑устройства могут оказаться зажатыми в нише между дорогими смартфонами Apple, с одной стороны, и массовыми Cyanogen‑телефонами – с другой. Это осложнит положение интернет‑гиганта: инвесторы и без того волнуются, что в мобильном сегменте компания не сможет заработать столько же, сколько зарабатывала на рынке сервисов для настольных ПК.
Даже некоторые приверженцы Cyanogen относятся к нападкам Макмастера на Google без восторга. Однако есть и другая точка зрения. «Керт агрессивен, в нем хватает бравады. И я считаю, что без нее компании просто не существовало бы, – говорит Сандеш Патнам из венчурного фонда PremjiInvest. – Жаль, что он не так часто и не так громко дразнит медведя». Другими словами, острые выпады в сторону Google, возможно, дают дополнительные выгоды. Cyanogen часто попадает в заголовки новостей, компания довольно известна. А значит, скованная по рукам и ногам антимонопольным законодательством Google дважды подумает, прежде чем делать что‑то, что смогут расценить как попытку подорвать потенциал конкурента. Макмастера это подзадоривает. «В любой большой игре нужен общий враг, – отмечает он. – Сейчас общий враг – Google».