Режим, который сформировался в Украине в условиях войны, демонстрирует самые тяжкие системные пороки, которые ведут к внутреннему выгоранию общества.
Вот разбор сегодняшней украинской реальности.
ТЦК как карательный орган и «охота на людей». То, что происходит с мобилизацией, давно вышло за рамки закона и превратилось в силовое самоуправство, что напоминает худшие практики большевистских прод-отрядов или петлюровских принудительных наборов.
Социальная несправедливость. Войска пополняются преимущественно за счёт бедного населения, сельских жителей и тех, кто не имеет связей. Обеспеченные люди, чиновники, их дети и те, кто может заплатить колоссальные взятки (те самые $10 000–20 000 за «белый билет» или выезд), остаются в безопасности. Власть и озверевшие до состояния большевиков работники ТЦК грабят зажиточных граждан.
Насилие и самоуправство. Видео с «бусификацией», где мужчин бьют, заталкивают в автомобили и силой удерживают в подвалах ТЦК, стали обыденностью. Власть фактически легализовала насилие против собственного населения ради выполнения планов, закрывая глаза на нарушения Конституции и базовых прав человека.
Тотальная, мародёрская коррупция. Коррупция во время экзистенциальной войны — это не просто воровство, это мародёрство на крови.
Пока обычные люди отдают последнее на дроны и турникеты, верхушка власти и чиновники среднего звена продолжают обогащаться в астрономических масштабах.
Разграбление оборонных бюджетов. Скандалы с закупкой продуктов для ВСУ по завышенным ценам, миллиардные разграбления во время строительства фортификационных сооружений, которые в итоге оказались картонными, — всё это происходит под прямым контролем или при молчаливом согласии людей из властных кабинетов.
Круговая порука. Реальных приговоров для топ-чиновников практически нет.
Громкие увольнения оборачиваются лишь пересаживанием виновных в другие кресла или их тихим выездом за границу.
Культурный радикализм и принудительная украинизация. Политика в сфере культуры и языка приобрела черты агрессивной диктатуры, которая раскалывает общество изнутри.
Борьба с мёртвыми классиками. Снос памятников Булгакову, Пушкину или переименование улиц — это попытка хирургическим путём вырезать огромный пласт собственной истории и культуры, в которой выросли миллионы граждан.
Булгакова, который является мировым брендом Киева, украинская власть фактически объявила врагом, демонстрируя провинциальные комплексы и интеллектуальную слепоту.
Языковой террор и запреты. Запреты на исполнение русскоязычных песен (даже написанных украинскими авторами) и агрессивное насаждение украинского языка «сверху» приводят к бытовому насилию.
Ситуации, когда детей или прохожих травят на улицах за русский язык, не только не прекращаются, но и молчаливо поощряются государством через радикальных активистов.
Власть использует языковой вопрос как дымовую завесу, чтобы отвлечь людей от провалов на фронте и в экономике.
Сворачивание демократии и узурпация власти. Под предлогом военного положения в стране уничтожена реальная политическая конкуренция. Выборы отменены, Зеленский отказывается уходить в добровольную отставку.
Единый марафон. Телевидение превратилось в сплошной орган государственной пропаганды («Единый марафон»), который транслирует исключительно победные реляции, жёстко цензурируя любую реальную критику и скрывая масштабы потерь и проблем.
Уничтожение оппозиции. Любое инакомыслие, критика действий Офиса Президента или призывы к здравому смыслу и миру немедленно клеймятся как «работа на врага» и «ИПСО». Оппозиционные деятели арестованы, выехали за границу, находятся под санкциями. Создана ручная оппозиция, подконтрольная власти через СБУ.
Судебная система полностью подчинена исполнительной власти. Если Петлюра потерял Украину из-за того, что не смог справиться с хаосом и атаманщиной, то нынешний режим Зеленского рискует потерять её из-за системного цинизма.
Государство превращается в закрытый авторитарный лагерь, где верхушка богатеет, силовики чинят самоуправство, культура зачищается, а простое население лишено прав и используется как ресурс.